Дневники Седова. Последние дни капитана



Последнее письмо жене Георгий Седов написал в день выхода на Северный Полюс:

"Дорогая, милая Веруся!
Уходя на полюс, ничего тебе не пишу, так как лучшим письмом моим будут тебе служить мои дневники.
Крепко тебя обнимаю и нежно целую.
В случае моей смерти хлопочи пенсию себе в Морском ведомстве.
Твой образок и некоторые мои вещи тебе передадут П.Г. Кушаков или Кизино.
И так прощай, родная, крепко целую.
Любящий твой Георгий".

1914 г. 2 февраля. Бухта Тихая.


В этот день будучи в болезненном состоянии Седов с двумя матросами вышел к полюсу. Дорога давалась крайне тяжело, с каждым днем капитану становилось все хуже и хуже. 20 февраля Георгий Седов умер.

Записи последних двух недель были уже опубликованы давно, но я хочу повторить их вместе с основным дневником, который был любезно предоставлен Русским Географическим Обществом. В конце поста вы найдете его оглавление...


Воскресенье, 2 февраля
С утра тихо, пасмурно, температура —13° Ц, ночью выпал глубокий снег. Несмотря на это, у нас к отходу все готово. Свету нет, жертвую кинематографом. В 10 ч. отслужили обедню. Прочли мои приказы, говорили речи: я, доктор и боцман Лебедев. Я, доктор и многие другие прослезились. В 11 сели за стол позавтракать. В 12 ч. при темп. — 20° и ветре NО/3 под пушечные выстрелы отвалили от судна к полюсу. Свету мало, удалось лишь снять с нас фотографии. Провожали нас верст пять вся здоровая команда и офицеры. Сначала дорога была плохая, но зато собакам помогла команда, а затем дорога улучшилась, а в конце Гукера встретили огромные ропаки, через которые пришлось переправляться благодаря наступившей темноте с большим препятствием. Нарты опрокидывались, и люди падали. Я с больными ногами полетел несколько раз. Пройдя около 8 верст, за темнотой остановились ночевать в проливе за Гукером в 4 ч. дня. На ночь всех собак привязали, кроме трех надежных, чтобы не ушли и чтобы не подпустили медведя, это «Разбойник», «Ободрыш» и «Труженик». Штиль. Морозу около 25°. Собак не кормили, сами же пили только чай. В палатке хорошо, тепло, только ноги мои меня беспокоят.

Понедельник, 3 февраля
В 9 снялись с лагеря, дорога скверная: выпало много снегу, в нарты врезаются в него, собаки еле тащат. Подвигаемся тихо, тормозом является также 3-я нарта, которая без человека. Холод собачий —35°, при этом ветерок прямо в лоб. В Британском канале снял айсберг-арку, видели свежий медвежий след, который шел с севера на юг. В 4 ч., пройдя около 12 верст, остановились ночевать у Кетлицланд. Здесь бросили пару лыж, ветр. рубашки и другие ненужные вещи. Собакам дали сала медв., но они отказались его есть. Некоторых собак страшно бьет холод. Мы-то боремся, а собакам беда, берем бедняг в палатку. Ноги мои поправляются, слава богу.

Вторник, 4 февраля
В 9 снялись. Эту ночь «Мальчика», «Пирата» отогревали в палатке. Перед запряжкой три собаки удрали: «Пират», «Мальчик» и «Ободрыш», едва поймали. Сколько хлопот с этими собаками! Под утро задрали «Волка», если бы не выскочил Линник и не отбил, то разодрали бы. Полдень, чудная красная желанная заря. Дорога несколько лучше — снег утрамбовало. Собаки идут хорошо, хотя третий день ничего не едят, сало медвежье есть отказались, сегодня дали по галете, съели. Прошли верст 15, остановились ночевать у N конца Кетлицланд. Сегодня было здорово холодно. Я шел в рубашке, сильно продрог. Спасаемся примусом, жжем керосину около 2 ф. в день. Это вдвое больше положенного, но я надеюсь в Теплиц-бае керосин пополнить. Ропаков много. Сегодня беру в палатку на ночь 4 собаки: «Куцого», «Мальчика», «Пирата» и «Пана». Все время дует ветер, буквально обжигает лицо, того и смотри отморозит щеки. Морозу 36°. Собакам в морду ветер тоже очень чувствителен; несмотря на работу, все-таки они мерзнут в пути, я на стоянке и говорить нечего.

Среда, 5 февраля
В 9 снялись. «Пан», конечно, отогревшись в палатке, удрал на промысел, поймали его только в пути, за что получил хорошую дерку. Сегодня прошли тоже около 15 верит и остановилась ночевать у К. Richthofen, по пути встретили два старых медвежьих следа. Стали попадаться трещины и полыньи, покрытые уже толстым солончаком. Море королевы Виктории темное, вероятно, там вода или большие полыньи, покрытые солончаком. Держусь ближе к берегу, по крепкому льду, но зато здесь много ропаков. В общем, сегодня дорога выпала отвратительная: много рыхлого снега и ропаков. К вечеру потянул ветер из пролива, было адски холодно, а я умудрился и сегодня шагать в рубашке, ибо в полушубке тяжело. Продрог снова, в особенности замерзла холка, спина и плечи. Кашляю, тяжело очень при большом морозе дышать на ходу, приходится глубоко втягивать в грудь холодный воздух, боюсь, чтобы не простудить легкие. Ноги мои заметно поправляются, опухоль сходит, ребята мои настроены хорошо, охотно идут вперед. Собаки пока держатся все, даем по 2ф. галет. Отогреваем некоторых в палатке. «Волк» болен. Спасаемся драгоценным примусом и мешком. Ужасно расходуем керосин: более 2 ф. в день.

Четверг, 6 февраля
В 9ч двинулись дальше. Дорога отвратительная: ропаки, рыхлый снег, встретили в сажен 10 полынью, которая достаточно вымерзла, чтобы мы ее свободно перешли. У меня опять заболели ноги и усилился бронхит. Идти очень трудно, дышать еще труднее, но тем не менее прошли около 15 верст и в 4 ч. остановились на ночевку у мыса Эрмитаж. Идем тихо, но что же делать, зато идем вперед. Сегодня снилась Веруся, да спасут ее боги. Я совсем болен, но духом не падаю.

Пятница, 7 февраля
Сегодня Линник случайно поднял нас в 3 ч. утра; так как мы перележали все бока, то охотно все выползли из мешка, согревали чай и сидели с примусом до 7ч утра, когда сравнительно светло, запрягли собак и в 8ч следовали дальше. Сегодня тер. миним. показал —40° Ц. Дорога сегодня была ужасно мучительная: ропаки и рыхлый глубокий снег, откуда он взялся, неизвестно; да и плюс к этому — 35° мороза и ветер О/4, как раз в правую скулу. Страшно тяжело было идти, а в особенности мне, больному. Собаки-бедняжки Не знали, куда свои морды прятать. Очень ходко на холоде идут, но стоит только стать, как сейчас же роют себе ямки и прячутся туда от холода. От 2 до 4 была вьюга, это окончательно нас убило, мы едва подвигались вперед. Я все время оттирал лицо и все-таки не усмотрел, как немного отморозил нос. В 4 ч. стали лагерем у мыса Ficher, пройдя и сегодня, несмотря ни на что, около 14-15 верст. На ночь 5 собак беру в палатку.

Суббота, 8 февраля
Сегодня выехали позднее обыкновенного, около 9ч утра. Я долго возился с лечением ранок на руке, которые я получил от примуса, и на ногах в шагу, которые натер брюками. Надел другие брюки, почувствовал облегчение. Ночью была вьюга, 5 собак ночевали в палатке. Мешок местами уже обледенел, спать было холодно. Простыня внутри мешка здорово холодит, потеет, замерзает и т. д. Думаю ее в Теплиц-бае выкинуть. Встретили много больших ропаков и глубокий снег, но в общем сегодня была дорога сносная, попадались солончаковые поля. Одно было ужасно скверно, это NNW/2, ветер в лицо при — 35° морозу. Я окончательно простудил себе грудь. Бронхит меня давит, не могу отдышаться, под вечер страшно лихорадит, едва отогрелся на примусе. Ах, дорогой, дорогой спаситель наш примус! Собак сильно бьет мороз. Кормили их досыта по 1 ф. и более галет. Прошли около 15 верст и остановились в 4 ч. ночевать за островом Мария-Елизавета.

Воскресенье, 9 февраля
Сегодня с утра «Варнак» устроил себе праздник. Убежал в ропаки, а затем преспокойно конвоировал нас по курсу до обеда, после полудня его удалось поймать и запрячь. Сегодня было хотя и много градусов мороза, но ветру было мало и двигаться было сравнительно тепло. Снялись, по обыкновению, в 9 утра и, пройдя около 15 верст, в 3 ч. стали ночевать у зимовья Нансена. Ропаков было мало, но рыхлого снегу уйма, так что в общем дорога была тяжелая. Я до того заболел бронхитом, что не мог идти. Шел вперед Линник, а я сидел на нарте, в которую подпрягли двух лишних собак. Этой же нартой я с трудом управлял. Мне дышать совсем трудно на морозе за работой. Боже, неужели я не поправлюсь до Теплиц-бая! Не то скандал. Сегодня вечером чай с ромом. Примус меня очень спасает. Было 4 чистилки, а осталась только одна, три сломали. Уж очень они плохие, а без них худо, оставшуюся берегу, как свой глаз. Собаки сильно работают. Кормим их досыта по фунту и более галет. Ночью мерзлячек беру в палатку.

Понедельник, 10 февраля
В 9 двинулись дальше. Я до того оказался слаб и болен бронхитом, что не мог 10 шагов пройти вперед. Сидел опять на нарте. Адски промерз, так как был одет для ходу. Кажется, еще больше усилил простуду, ибо стала болеть грудь и все ниже в правой стороне, страшно лихорадит. Дорога была скверная, и я все-таки был принужден управлять своей нартой, был настоящим мучеником. Едва дотянул до 4 часов, когда остановились ночевать у К. Климентса. Сейчас в палатке при огне очень дурно себя чувствую. Ужасно боюсь, чтобы не получить воспаления легких. Здесь встретили немного воды и айсберги плавающие, тюленьи продушины стали попадаться по тонкому льду. Одна сейчас в 5 саж. от палатки. Тюлени сопят и страшно волнуют собак, вероятно, всю ночь бедняги не будут спать. У Пустошного шла кровь ртом и носом. У Линника сильно ноги мерзли. Сегодня был особенно холодный день.

Вторник, 11 февраля
Сегодня снялись из-за моей болезни в 10 ч. утра. Я оделся в пимы и полюсный костюм и ехал на нарте, как баба. Дорога была вся в ропаках, и только под вечер встретился солончак. Собаки с утра все сильно дрожали и везли плохо и только под вечер разошлись. Встретили песцовый след. У Линника шла носом кровь, у Пустошного до того ноги замерзли, что он по дороге вынужден был надеть пимы и в них идти. В 4 ч. встали на ночевку, пройдя около 15 верст, у Земли Александра. Сегодня была такая заря, что в ней казалось почти солнце. Виден уже Теплиц-бай. Я лучше чувствую себя, ибо был тепло одет и все время сидел на нарте спокойно.

Среда, 12 февраля
Сегодня снялись в 8ч утра. Холод стоял адский, при 35° ветер в 3 балла и метет снег. Это самый холодный день. Я еду больным в полюсном костюме, как чучело, и все-таки прозяб, дорога отвратительная: масса ропаков, приходится проводить по одной нарте, целое мученье, собаки очень мерзнут и плохо везут. Встретили свежий медвежий след и много следов песцовых, слева, кажется недалеко, вода, за туманом ее не видно; отогревали Арестанта. Линник подморозил на ногах большие пальцы. Прошли около 15 верст и остановились в 4 ч. ночевать уже у Земли Рудольфа. Сегодня был минимум — 42°. Сейчас дует балла на 4 Ost. Палатку изрядно треплет, мы же, как цыгане, сидим вокруг примуса.

Четверг, 13 февраля
13 число неудачное, как вообще. Снялись в 9 и пошли в тумане (идет снег), дорога тяжелая, собаки еле везут, ничего не видно. Забрели в какой-то пролив, между островками, но только не в Теплиц-бай, хотя он уже чувствуется близко. После 2-х разъяснело, сделался чудный, теплый день, но дорога тяжелая: снег и ропаки, тащимся дальше по курсу. В океане, видно, воды много, ибо видать черное небо. Встретили зайца у лунки, не подпустил на выстрел, сполз. В 5 ч. остановились ночевать, кажется у Земли Рудольфа, трудно с уверенностью судить, так как в этом месте карта страшно не верна. Посмотрим, что покажет завтрашний день. Вечером пришел медведь к палатке, огромный, собаки его погнали. Я, несмотря на болезнь, пошел с Линником на собачий лай. Пройдя кое-как около 2 верст, мы нашли медведя сидящим в лунке, окруженного собаками. Я несколько раз стрелял в него с аршинного расстояния, но ружье так замерзло, что не дало ни одного выстрела. Когда пошли мы, разочарованные, назад, то я уже двигаться из-за болезни не мог. Пришлось остаться с собаками сторожить медведя, а Линник пошел за нартой. Вскоре медведь выскочил из лунки и побежал на SW, собаки за ним. Через два часа меня нашла нарта и привезла, как труп, в палатку. Здоровье свое ухудшил, а тут еще нужно залезть в замерзший обледенелый мешок.

Пятница, 14 февраля
Сегодня в 9 часов потащились дальше. Снег, туман, ничего не видать, собаки не везут — караул. Протащились около 3-4 верст и стали лагерем. У группы маленьких островков между Землями Рудольфа и Александра (у С. самого N), к W и N вода, дальше ничего не видно. Буду здесь стоять лагерем, пока не дождусь ясной погоды. Здоровье мое очень скверно, вчерашний медведь ухудшил его. Кончился пуд керосина, начали другой.

Суббота, 15 февраля
В 10 ч. утра ясно, морозу 30 градусов. Пошли через проливы к Земле Рудольфа, которая ясно была видна, пройдя около 12 верст, наткнулись на сплошной, тонкий (1 вер.) солончак. Взошли первой нартой на него (Льдинкой), а она и провалилась, вместе с ней и собаки. Люди держались свободно. С большим трудом вытащили нарту назад, ничего не подмочив, так как каяк великолепно плавал. Остановились здесь же ночевать и ждать, пока достаточно замерзнет пролив. Сегодня у воды видели стада тысячные птиц: люмсы и кайры. Я ужасно разбит болезнью. Сильнейший бронхит, болит горло и опухли ноги. Лежу все время в мешке, настоящий мученик.

Воскресенье, 16 февраля
Сегодняшний день сидели у пролива и ждали, пока он замерзнет. А он не замерзает — и только, видно, здесь большое течение. Люди ходили версты три-четыре к середине пролива и встретили там открытую широкую воду. Птиц и зверья менее. Завтра думаем тащиться на восток, может быть, там обойду воду. Болен я адски и никуда не гожусь. Сегодня опять мне будут растирать спиртом ноги. Питаюсь только одним компотом и водой, другого ничего душа не принимает. Конечно, съел бы яичко, сметанки, жареного цыпленка, даже чашку кислой капусты. Но где все это? Увидели выше гор впервые милое, родное солнце. Ах, как оно красиво и хорошо! При виде его в нас весь мир перевернулся. Привет тебе, чудеснейшее чудо природы! Посвети нашим близким на родине, как мы ютимся в палатке, как больные, удрученные, под 82 °C широты.




= Дневники Седова. Оглавление =

Первый "блогер" Российской империи

В прошлом, 2014 году исполнилось 100 лет с момента первой русской экспедиции к Северному полюсу под руководством Георгия Яковлевича Седова. Кончилась она, как известно, трагически: преодолев лишь малую часть пути, знаменитый исследователь и гидрограф погиб во льдах. Несмотря на это, попытка Седова стала символом самоотверженности, граничащей с безумием: капитан мог бы выжить, но принял решение не возвращаться домой без победы.

Георгий Седов стал одним из прототипов главного героя романа Вениамина Каверина "Два капитана". Во время работы над книгой автор консультировался с фотографом первой полярной экспедиции и узнал много деталей из биографии Седова. Эти подробности были использованы в описании детства Татаринова, его отношений с женой, подготовки и хода самой экспедиции.

Что происходило в голове у этого человека? Почему он не вернулся, не переосмыслил неудачный поход и не собрал новый? Была ли команда Седова столь же преданна идее покорения полюса? Есть много мнений на этот счет, и сейчас я предлагаю вам составить собственное.

Русское Географическое Общество - старейшее географическое общество мира, основанное Николаем I в 1845 году, - начинает делиться редчайшими материалами с широкой общественностью. В моем распоряжении оказался личный дневник Георгия Седова. После гибели капитана, дневник, письма и его личные вещи были переданы вдове, Вере Валериановне Седовой. Они хранились в её личном архиве вплоть до смерти, а после переданы в РГО (тогда оно называлось Географическое общество СССР). С 1963 года они пополнили архив общества, где пролежали полвека.

В дневниках отсутствовали последние страницы, которые, впрочем, еще в 40-х годах стали достоянием общественности. Однако полный дневник, "авторскую", так сказать, версию, мало кто видел. В сопроводительном формуляре стоят подписи десяти человек, которые брали тетрадь для ознакомления за прошедший век. Не считая сотрудников архива, я стал одиннадцатым.

Начиная с этого поста буду выкладывать записи из дневника и фотографии в хронологическом порядке.

http://sergeydolya.livejournal.com/1000219.html




Дневники Седова. Начало экспедиции

Организация экспедиции Седова на Северный полюс была очень похожа на современный общественный проект.

Был объявлен сбор пожертвований. Требовалось собрать 60-70 тысяч рублей. "Информационным партнером" выступила газета "Новое время", которая с благородным негодованием писала, что необходимая для покорения полюса сумма "много меньше той, которая ежедневно пропивается в петербургских ресторанах". Комитетом подготовки экспедиции были выпущены золотые, серебряные и бронзовые (в зависимости от суммы пожертвования) жетоны благотворителям. Известно, что обладателями золотых жетонов были Фритьоф Нансен, а также издатель Суворин (той самой газеты). Император лично пожаловал на экспедицию 10 тысяч рублей.

Все складывалось хорошо до тех пор, пока специально созданная при Гидрографическом управлении комиссия не раскритиковала план экспедиции. Седов не имел должного опыта движения во льдах. Стремясь обогнать Амундсена, Георгий Яковлевич не заложил должного времени на подготовку экспедиции. В те дни Владимир Александрович Русанов, исследователь, уже пять сезонов проработавший в Арктике, писал: "...воспользуется ли экспедиция Седова каким-либо новым, еще не испытанным приемом или средством передвижения? Будет ли она снаряжена, с особенной, исключительной тщательностью? Войдут ли в состав её лица, закаленные опытом продолжительных арктических путешествий? Кажется, на все эти вопросы придется ответить отрицательно... Нет возможности для капитана Седова с полной тщательностью подготовиться к долгому и трудному путешествию, так как для тщательной подготовки нужны если не долгие годы, то долгие месяцы, а в распоряжении капитана остается всего лишь каких-нибудь два-три месяца. Что касается до продолжительного опыта странствования среди льдов, то таковым, насколько известно, капитан Седов не обладает. В чем же можно видеть залог успеха?.. Много ли при этом у него будет шансов достигнуть Северного полюса? Мне думается - очень и очень немного".

Затем Седова ждала вереница неприятностей и неурядиц. Судно "Святой мученик Фока" удалось зафрахтовать только 27 июня (старт был назначен на середину августа). Затем судовладелец и капитан Дикин извещает Седова, что, несмотря на заключенный контракт, выйти в плавание "Фока" не может, так как он заложен. Дикину предявляют иски, на судно накладывается арест. Через несколько дней благодаря усилия Седова арест снимают, но Дикин отказывается идти в плавание. Капитан, его помощник, штурман, механик, помощник механика, боцман и многие другие сходят на берег. Новая команда набирается за сутки, и 14 августа судно выходит в море.

http://sergeydolya.livejournal.com/1009370.html




Дневники Седова. Зима 1913 года

В 1912 году из Российской Империи стартовали сразу три полярные экспедиции: Георгия Седова, Георгия Брусилова и Владимира Русанова. Все три кампании закончились безуспешно, и спустя два года капитаны считались пропавшими без вести. Не было обнаружено тел капитанов, а следы экспедиции по крупицам собираются по сей день.

Однако спустя 26 лет все три капитана "нашлись" в образе главного героя романа Вениамина Каверина о героическом освоении Арктики. Книга "Два капитана" стала настоящим гимном русским полярникам и романтическим чтивом для советских мальчишек.

В статье "Как пишутся книги" Каверин рассказывает, что для "старшего капитана" он воспользовался историями Седова и Брусилова: "У одного я взял мужественный и ясный характер, чистоту мысли, ясность цели - все, что обличает человека большой души. Это был Седов. У другого - фактическую историю его путешествия. Это был Брусилов. Дрейф моей "Святой Марии" совершенно точно повторяет дрейф брусиловской "Святой Анны". Дневник штурмана Климова, приведенный в моем романе, полностью основан на дневнике штурмана "Святой Анны" Альбанова - одного из двух оставшихся в живых участников этой трагической экспедиции..."

Впрочем, многие фактические детали были скопированы и из экспедиции Седова: поставка негодных собак и припасов, снятие судовладельцем команды перед отплытием, невозможность найти радиста при радиотелеграфе, добытом с трудом, обнаружение пропилов в обшивке судна.

А при чем же тут Русанов? В 1934 году, за 4 года до публикации книги на одном из островов группы Мона был найден столб, укрепленный в груде камней, с аккуратно вырезанной надписью: "Геркулес, 1913 г." Неподалеку лежали сломанные нарты и цинковая крышка от патронного ящика. Через месяц на небольшом островке в шхерах Минина, к юго-западу от архипелага Мона, были найдены предметы, принадлежащие членам экспедиции Русанова.

Вторая часть "Капитанов" была написана в послевоенные годы после этих событий и находок, поэтому автор мог их использовать в своем произведении. Например, район поисков и находки капитана Татаринова во многом совпадают с районом поисков и находок экспедиции Владимира Русанова...

http://sergeydolya.livejournal.com/1014538.html




Дневники Седова. Полярная "диета"

В своих записях Георгий Седов уделял особое внимание питанию экипажа. Если часть команды отправлялась на исследование островов, капитан обязательно делал запись в дневнике о собранном пайке:

Завтра отправляюсь я сам в сопровождении матроса Андрея Инютина по западному берегу Новой Земли до м. Желания. Моим кораблем будет служить нарта из 10 лихих собак. Корм для людей беру по следующему рецепту, считая по два фунта в день на человека (2 чел. 45 дней) = 45 пуд.

- 30% мучного (сухари, сушки и печенье)
- 20% жирова (свин. сало и кор. масло)
- 20% сластей (шоколад, сахар, леденцы, какао, чай, кофе и кон. молоко)
- 20% мясного (сушеный бульон и пеммикан Скорикова)
- 5% зелени (карт., лук, чеснок, перец и пр.)
- 5% алкоголь, кл. экстракт и разная приварочная мелочь

Кстати, по результатам этого похода и питания Седов похудел на 32 фунта (около 15 кг) за полтора месяца. Подробнее об этом в продолжении цикла "Дневники Седова"

http://sergeydolya.livejournal.com/1021670.html




Дневники Седова. Середина лета

Продолжаем цикл постов "Дневники капитана Седова". Сегодня 14 июля (но 1913 года) Георгий Яковлевич сделал следующую пометку в дневнике "Еще не было настоящего лета, а на́чало как будто бы поворачивать к зиме". Похоже на наше сегодняшнее лето, не правда ли?

Кстати, этот пост будет важен для тех, кто собирается завести собаку. В одной из записей капитан перечисляет клички экспедиционных псов - аж 29 "наименований". Поэтому если у вас в планах завести домашнего питомца и вы размышляете над именем, можно выбрать один из трех десятков вариантов. Потом в разговоре с друзьями можно гордо упомянуть, что назвали своего четвероного друга в честь собаки, которая покоряла северный полюс 100 лет назад. Красиво!

http://sergeydolya.livejournal.com/1031440.html




Дневники Седова. Годовщина экспедиции

Во время путешествия к полюсу Седов не только вел дневник. Однажды он взялся за автобиографию. Прежде чем выложить очередную часть экспедиционных заметок, хочу привести небольшой кусок автобиографии, чтобы вы оценили сколь много выпало на долю этого человека...

"Отец когда был в трезвом виде, всегда был рассудителен и добр к моей матери. <...> Но когда находил на него запой, он прекращал всякую работу и пропивал все дотла, что только принималось в кабак. В это время семья голодала и холодала. Ночами отец приходил домой и требовал от матери ужина, но когда та говорила, что нет и негде взять, он ее бил и на всю ночь выгонял из хаты на улицу.

Отец нас вскоре бросил и скрылся без вести на три года. Мать наша была в отчаянии, и мы сразу сели на голодовку. Миша зарабатывал пустяки, а я и Вася (Георгию было в тот момент 8 лет - прим.) ещё не могли на стороне работать. Таким образом, мать наша, добрая, бедная матушка, несмотря на слабость своего здоровья, принуждена была ходить на поденщину в амбары набирать мешки зерном, получая 50 коп. в сутки. Но этот заработок не мог удовлетворить самые насущные требования огромной семьи. Приходилось нам малышам помогать матери всеми правдами и неправдами. Топлива мы никогда не покупали; днем собирали сухой навоз в поле, а ночью воровали дрова и уголь у местных торговцев и таким образом обходились.

Однажды приказчик и сторож местной лесной биржи накрыли нас в то время, когда мы тащили домой большую тяжелую доску на дрова. Старший брат Вася, как более выносливый, убежал, а я попался. Мне эти злые люди буквально оборвали уши и наделали множество синяков на всем теле. Домой я добрался с большим трудом с окровавленными ушами. Мать это обстоятельство очень огорчило, но защиты никакой не было, "ведь у нас нет отца, мой сыночек, кто же нас защитит". После этого все в доме плакали и на этом кончили свое горе. Вскоре нужда снова толкнула нас на такое дело, и мы шли. Бедная мать она и не подозревала, что толкала нас на величайший порок, посылая добывать таким путем топливо, а с другой стороны, что же ей оставалось делать, не замерзать же в холодной хате.

Наступала зима. Тут нас кроме холода посещал еще и голод. Есть нечего было. Мать кое-где у соседей уже успела попросить провизии, больше просить было уже стыдно, да и не давали. И вот тут то совершается крупное событие в моем детстве: мы с Васей, видя слезы и страдания бедной матери, решаемся идти в соседнюю деревню просить милостыню..."

http://sergeydolya.livejournal.com/1035260.html




Дневники Седова. Письма жене

Есть множество сведений и архивных материалов о Седове, но очень мало информации о его жене Вере Валерьяновне. А между тем, только она была для него музой и поддержкой во времена походов. Судьба её незавидна: всю их недолгую совместную жизнь она ждала Георгия и, можно сказать, более всего они общались в письмах.

Георгий Седов женился на Вере Май-Маевской за два года до экспедиции на Северный полюс. Свадьба была долгожданным событием: долгое время он не мог сделать предложение ввиду отсутствия средств к существованию. Два года Седов служил на Колыме, составляя карты. За это платили неплохие деньги и, наконец, в 1910 году их накопилось достаточно, чтобы сыграть свадьбу. Это произошло летом. Но уже 22 июля Георгий Яковлевич ушел в экспедицию на Новую Землю. Седов писал "своей Верочке" письма, в которых рассказывал, как любит её и все открытия на Новой Земле посвящает ей. В следующем году Седов работал над картами Каспийского моря, а спустя ещё год отправился к Полюсу откуда так и не вернулся.

Прошло четыре года. В памятный день 5-летия открытия Земли Императора Николая II (Северная Земля) Вера отправилась на приём в дом Петра Алексеевича Новопашенного, с женой которого была дружна. Там познакомилась Николаем Александровичем Гельшертом - в начале 1915 года он занимался поисками пропавших в Арктике русских исследователей Седова, Русанова и Брусилова. Николай Александрович проводил Веру Валерьяновну после приема домой, да так и остался. Стал её гражданским мужем и по свидетельствам очевидцев безумно её любил. Их связь продолжалась всего год. В 1919 Гельшерт был арестован чекистами на квартире Седовой и расстрелян.

С того момента Вера Валериановна Седова оставалась одна. До последних дней проживала в Ленинграде, не покидая его даже в суровые дни блокады. Умерла в 1962 году. Похоронена на Серафимовском кладбище в Петербурге. Под катом несколько писем, которые писал Георгий Седов жене во время полярной экспедиции...

http://sergeydolya.livejournal.com/1040167.html




Дневники Седова. 14 месяцев экспедиции

Несмотря на суровые условия и многомесячные лишения, капитан Седов не терял чувство юмора. Это читается в его дневниках:

"Сегодня выпала третья пломба. Удивительно скверная дантистка попалась в Архангельске. Желал бы, чтобы у нее все здоровые зубы выпали! <...> До обеда ходим гулять в глубину бухты на ледниковый покров, а после обеда запрягаем медведей и ездим по бухте. <...> Сегодня повар Иван именинник, поэтому случаю был вечером кисель. Установилось сообщение с Reltiland, туда ходил Николай Васильевич и Николай Максимович по льду, причем первый провалился по шею. Удовольствие из средних..."

http://sergeydolya.livejournal.com/1046854.html




Дневники Седова. Зима близко

Последняя осень и последние месяцы экспедиции Седова. Шуток уже меньше, в дневниках капитана чувствуется усталость и ежеминутная тоска по дому. Тем не менее, именно тогда начинает кристаллизоваться холодная уверенность - надо идти к Полюсу во что бы то ни стало...

"Быстро запрягли собак, уложили палатку и прочий скарб и двинулись домой по ледниковому покрову. Ветер и вьюга усиливаются, но нам они попутные, поэтому мы быстро несемся вперед. Луна пропала. Сделалось темно. Идем ощупью. Прошли приблизительно около 10 верст. В 5 шагов друг друга не видать. Момент - и Н.В. пропадает, затем быстро исчезают пара за парой передние собаки. Я и матрос Пустошный хватаем обеими руками за нарту и крепко её удерживаем. Наверху 4 собаки. Слышим замогильный голос Н.В: "Обрежьте собак..." Обрезали шлейки, и 6 собак полетело вниз, ибо их вытянуть было наверх невозможно.

Н.В. не видно, слышно лишь его гробовой крик: «Прыгайте, всего сажени две с половиной». Прыгнули и незаметно очутились внизу, не ушиблись, благодаря обилию мягкого снега. Наладили нарту. Попробовали ехать – не могли. Тьма, вьюга, снегу по колено, а под снегом вода. Мыкались, мыкались почти что на одном месте, принуждены были выбрать наилучшее место в районе нашего мыканья и поставили палатку. Закупорились. Попили чайку и завалились в мешки..."

http://sergeydolya.livejournal.com/1052766.html




Дневники Седова. Идем на Полюс...

Последний месяц экспедиции, перед тем как капитан покинул корабль и отправился к Северному Полюсу. Весь месяц Георгий Седов болел. Несмотря на внешнее спокойствие и однообразие, его настрой менялся от восторженного до раздраженного:

"Неужели я не выздоровлю к походу к полюсу?! Мечтаю, мечтаю и мечтаю о полюсе, боюсь, чтобы чего-нибудь не забыть и вообще выпустить из виду. Все вспоминаю и все записываю..."

"Скорей бы Бог дал покончить с полюсом..."

В команде Седова тоже не все однозначно:

"Сегодня матрос Григорий Линник дерзко нагрубил вахтенному начальнику врачу Кушакову, видимо не стесняется он в таком поведении потому, что чувствует в себе силу, сознавая, что его некем будет заменить в полюсной партии. А потому «все можно себе позволить». Давно я за ним этот буч замечаю и думаю, что скоро кончится мое терпение..."

http://sergeydolya.livejournal.com/1060800.html





Подписаться на обновления этого блога

Я в других социальных сетях:

Метки:
promo sergeydolya октябрь 29, 2014 09:07
Buy for 400 tokens
Скачать/Открыть презентацию рекламных возможностей вы можете тут. Сводный прайс доступен по ссылке. Если вы захотите разместить честную рекламу в этом блоге, то присылайте запрос на ящик: dolya@bigpicture.ru В моем блоге можно разместить рекламу. При этом каждый пост за который мне…
Сергей, спасибо за этот труд! Давно не читал ничего более глубокого и честного. Надо бы книжку на полку поставить. Не планирует никто это издать?
Прочитал все опубликованные у вас дневники Седова. Восхищает этот человек своей целеустремленностью! Очень интересная рубрика в вашем блоге, спасибо.
не нужно героизировать неумелого организатора и авантюриста.
кстати, как о человеке - вот попалось про Седова:

"Сослуживцы считали его выскочкой, во флотской среде не любили. Об этом впоследствии писал начальник Главного гидрографического управления генерал-лейтенант М. Е. Жданко, в подчинении которого служил Седов. В рапорте на имя начальника Морского штаба о мерах, принятых по организации спасательной экспедиции для поисков Седова, он отмечал:
«В заключение считаю своим долгом сказать, что из сношений с нашими морскими офицерами я не мог не видеть, насколько не популярен, чтобы не сказать более, Седов среди них, и я очень сомневаюсь, чтобы нашелся русский морской офицер, который по доброй воле отправился бы на розыски Седова»."